Истоки и начало Ленинградского рок-клуба

Истоки и начало Ленинградского рок-клуба

Одним из главных событий во всей истории русской рок-музыки стало открытие 7 марта 1981 года Ленинградского рок-клуба. Эта дата до сих пор остаётся чуть ли не священной, во всяком случае, для питерских рокеров. На самом деле, клуб возник не вдруг и не на пустом месте: его появлению предшествовала многолетняя кропотливая работа по созданию организации для ленинградских рок-музыкантов. Эту работу аж с 1974 года вели братья Владимир и Геннадий Зайцевы, настоящие подвижники рок-музыки.

Старший брат, Владимир Зайцев, родившийся в 1949 году, стал одним из первых хиппи в Ленинграде и уже со второй половины 1960-х начал активно способствовать развитию рока. Для рок-музыкантов в те годы была большая проблема приобрести электрогитары – они продавались только для предприятий и только по безналичному расчёту. Владимир долго и дотошно изучал строение электрогитар, и затем наладил их самодельное производство, причём его гитары пользовались успехом у ленинградских музыкантов. Младший брат Геннадий, родившийся в 1954 году, пошёл по стопам брата, тоже увлёкся движением хиппи и рок-музыкой, и тоже стал делать электрогитары.

Владимир и Геннадий Зайцевы
Братья Владимир и Геннадий Зайцевы. 2016 г. Фото для журнала “Вода живая”: Станислав Марченко

Братья Зайцевы не участвовали в работе легендарной подпольной «Поп-федерации», основанной в 1971 году знаменитым битломаном Колей Васиным и неким Сергеем Артемьевым, хотя, конечно, были осведомлены от знакомых музыкантов о её деятельности. Поп-федерация стала первой в нашей музыкальной истории организацией самодеятельных рок-групп, хотя это была, по сути, авантюра. При организации концертов Артемьев использовал бланки Ленфильма, а сами концерты представлял ответственным чиновникам, как съёмки фильма о молодёжи. Все деньги, вырученные за концерты, он оставлял себе, якобы на нужды Поп-федерации. В итоге, в том же году Поп-федерацию разогнали органы внутренних дел, но пострадал при этом только Артемьев – его отдали под суд за подделку государственных бумаг.

Разгон Поп-федерации заставил ленинградских рокеров быть осторожнее, однако идея о некой рок-организации теперь уже не покидала их.

В канун 1974 года Владимир Зайцев предложил своему брату основать музыкальный клуб прямо у них дома. «А почему бы в назревшей исторической ситуации нам не сотворить такой клуб, …который объединил бы, наконец, интересы фанов, торчащих не только на зарубежных командах, но и на наших, питерских, русскоязычных. Собрать интересные, поющие свои тексты, играющие свою музыку группы и начать именно общими усилиями продвигать НАШУ музыку», – так говорил Владимир Геннадию. Геннадий согласился, и братья принялись сочинять Устав нового объединения. За образец при этом они взяли Устав комсомола. 27 января 1974 года Устав «Временно неофициального комсомольско-молодёжного клуба любителей музыки» был готов. Помимо него братья разработали форму Заявления для вступления в клуб, а также придумали печать клуба и клубные значки. Немного позже братья поменяли название клуба – он стал называться «Ленинградский Клуб Любителей Музыки», в обиходе же он назывался просто «Поп-Клуб» (в те времена рок-музыка не противопоставлялась поп-музыке, а считалась её частью).

В клуб вошли группы «Россияне», «Большой железный колокол», «Аквариум», «Мифы», «Капитальный ремонт», «Гольфстрим» и некоторые другие. Часть же коллективов отказалась участвовать в этом клубе, не без оснований опасаясь репрессий со стороны властей. Впоследствии Геннадий Зайцев писал: «Не убоявшиеся же были и остались золотом питерского, русского (тогда советского) андеграунда – несгибаемая элита, проверенная временем и боями, охрана Любви и Рок-н-Ролла».

Теперь дома у Геннадия Зайцева, на улице Курляндской, 47, по субботам стали собираться музыканты, организаторы концертов, фотографы, художники, коллекционеры пластинок – в общем, все те, кто был неравнодушен к отечественному року, сам играл его, или способствовал формированию рок-культуры. Они общались, слушали музыку, обсуждали её, обменивались пластинками, договаривались о проведении подпольных концертов. Организацией концертов (или, как их тогда называли, «сэйшенов») под патронажем Поп-клуба занялся Юрий Байдак, ставший чуть позже авторитетным подпольным «менеджером». Со временем организацией концертов занялся и сам Геннадий Зайцев.

Геннадий Зайцев
Геннадий Зайцев. 1970-е гг.

Братья подготавливали информационные листки о прошедших «сэйшенах»: в них рассказывалось, кто играл, как это всё происходило, какая была публика, приходили ли представители «компетентных органов» и т.п. Фотографы – а среди них были ныне уже ставшие классиками отечественной фотографии Андрей Усов и Дмитрий Конрадт – приносили свои фотографии с концертов. Появились переводчики, которые переводили статьи про рок-музыку из западных журналов, и клуб, таким образом, становился ещё и информационным центром. С 1977 года на базе клуба начал выпускаться первый в стране самиздатовский рок-журнал «Рокси». Конечно, такая обширная деятельность не могла пройти незамеченной мимо КГБ. Зайцевы имели немало проблем с этим всесильным учреждением, и со временем накопили солидный опыт в общении с его представителями.

Руководители Поп-клуба не собирались всю жизнь сидеть в подполье. Своей конечной целью они видели получение официального статуса для своего клуба, а вместе с таким статусом – и помещение для концертов, где рок-группы могли бы вполне легально выступать. Братья Зайцевы постоянно работали в этом направлении: ходили по инстанциям, пытались договориться с руководителями Дворцов культуры, писали письма в прессу. Была, например, попытка договориться с представителями Ленинградского государственного университета. Геннадий Зайцев несколько раз ходил с проектом «Музыкального клуба ЛГУ» в университетский отдел по работе с молодёжью, но в итоге получил отказ.

За несколько лет существования Поп-клуба было сделано немало: в известной степени, консолидация значительной части ленинградских рокеров всё-таки состоялась. Сам Геннадий Зайцев уже к концу 1970-х годов пользовался в рокерских кругах огромным авторитетом.

В 1979 году Геннадий Зайцев обратился к дирекции Дома культуры им. Ленина с предложением о создании городского рок-клуба и, неожиданно, его предложение было встречено руководством ДК положительно. Клубу, который получил название «Спектр», был выделены зал для проведения лекций и часы для собраний. По воспоминаниям Геннадия, на тот момент «Спектр» стал единственным местом в городе, где рокеры могли вполне свободно собираться. Зайцев и его товарищи готовили лекции на основе накопленного в Поп-клубе материала и проводили их 1-2 раза в неделю. Собиралось на эти лекции до 200 человек. При клубе «Спектр» также начал работать отдел, который занимался организацией обмена рок-пластинками, и на такие мероприятия в ДК им. Ленина собирались уже сотни людей. На базе «Спектра» даже удалось провести в зале ДК им. Ленина концерт прекрасной эстонской рок-группы «Магнетик бэнд».

В ноябре 1979 года уже упомянутый Юрий Байдак вместе с другим известным подпольным менеджером Александром Дрызловым предприняли довольно успешную попытку создания рок-клуба. Дрызлов занимал должность администратора в ДК им. Свердлова и обладал, к тому же, комплектом приличной аппаратуры, что давало надежду на успешную организацию официальных концертов для ленинградских рокеров.

Юрий Байдак
Юрий Байдак. 2011 г.

Байдаку и Дрызлову удалось собрать в свой клуб почти все основные местные рок-группы, кроме «Аквариума», и почти всех подпольных менеджеров города, кроме Геннадия Зайцева, у которого к тому времени были натянутые отношения с Байдаком. Этот клуб назывался «Экспериментальный клуб-лаборатория популярной музыки». В рамках его деятельности был  проведён один большой концерт в подростковом клубе на проспекте Энергетиков, 50,  в котором приняли участие группы, такие как «Зеркало», «Дилижанс», «Земляне», «Кронверк», «Яблоко», «Аргонавты», «Пикник», «Россияне», «Мифы», «Союз Любителей Музыки Рок» и «Орнамент», а в зале при этом были представители органов партии и комсомола. Байдак и Дрызлов начали было переговоры с профсоюзными организациями, чтобы дальше действовать под их эгидой, но клуб, в итоге, развалился вследствие противоречий, возникших между его руководителями и музыкантами.

Вообще, к началу 1980-х в СССР уже, что называется, «назрел момент». Количество деятелей неофициальной культуры – музыкантов, поэтов, художников – достигло уже некой критической массы, и ситуация грозила вырваться из-под контроля властей. Помимо этого, западная пропаганда выставляла таких деятелей «борцами с режимом», хотя подавляющее большинство из них таковыми не являлись. По этим причинам власти начали делать шаги навстречу этому самому подпольному искусству, что было взаимовыгодно: творцы получали более или менее официальную возможность творить, а власти получали возможность это всё хоть как-то контролировать.

Интересно, что все эти эксперименты властей с культурным андеграундом происходили именно в Ленинграде – видимо, «северная столица» больше годилась в качестве «резервации» для «свободной» культуры, она же могла быть, при этом, своеобразной «культурной витриной» для западного мира. Как ни странно, одну из главных ролей в этой истории сыграл начальник Управления КГБ по Ленинградской области генерал Даниил Павлович Носырев. Он тщательно изучал ситуацию и собрал всевозможную аналитику по данному вопросу. После чего Носырев смог убедить руководство города в необходимости создать представителям неофициальной культуры условия для легальной творческой деятельности.

Носырев Д.П.
Начальник Управления КГБ по Ленинградской области генерал-полковник Д. П. Носырев. 1980-е гг.

По воспоминаниям сослуживцев, генерал Носырев говорил: «…Нам партия поставила задачу защищать советских людей, а не репрессировать их, в том числе и всех ваших «непризнанных». Они такие же советские граждане, в конце концов!!! … Пусть эти волосатые свои буги-вуги официально в зале играют для тех, кому это нравится. Всё будет лучше, чем по подвалам свои концерты давать, про которые «Голос Америки» всякую ерунду молоть будет, будто это «подпольная антисоветская музыка»». Так пожилой чекист, начинавший свою карьеру во время войны в контрразведке СМЕРШ, совершенно осознанно поспособствовал развитию русского рока.

В 1980-м году Геннадия Зайцева в очередной раз вызвали на беседу с сотрудником госбезопасности. Но в тот раз «гебист» совершенно обескуражил его вопросом: «Что нужно сделать, чтобы подпольные концерты прекратились?» Зайцев ответил, что для этого надо просто легализовать их. Зайцев вспоминает в своей книге «Хроника прошедших событий»: «Я стоял и обалдевал от темы разговора… «Всем нужны помещения под репетиции. Аппаратура, инструменты, возможность легально исполнять свои собственные песни… Нужна студия звукозаписи, свой Клуб». Как ни странно это было для меня, гебист совершенно спокойно выслушивал мои «мечты о лучшей жизни» … Ну нифига себе, стучало у меня в голове, что творится-то???» Конечно, Зайцев не мог тогда знать о том, что в КГБ, действительно, всерьёз озаботились проблемой легализации культурного андеграунда.

Первым, ещё в конце 1979 года, легализовался авангардный джаз: стараниями великого музыканта Сергея Курёхина и джазовых критиков Александра Кана и Ефима Барабана на базе ДК им. Ленсовета начал работу «Ленинградский клуб современной музыки» (кстати, в деятельности клуба сразу же начал принимать участие и «Аквариум», поскольку Борису Гребенщикову были интересны джаз-авангардные эксперименты). Для «неофициальных» художников в 1981 году было создано «Товарищество экспериментального изобразительного искусства» (ТЭИИ), а для таких же «неформальных» литераторов в конце того же 1981 года открылся литературный «Клуб-81» (кстати, Борис Гребенщиков поучаствовал в открытии и этого клуба тоже).

Ну а как же рокеры? В начале 1981 года музыканты группы «Аргонавты» Фёдор Столяров и Владимир Калинин отправились в Ленинградский межсоюзный дом самодеятельного творчества (ЛМДСТ) на Рубенштейна,13, чтобы договорится с его директором Анной Ивановой о проведении в зале ЛМДСТ концерта в честь 15-летия своего коллектива. В процессе переговоров Иванова предложила подумать о возможности открыть рок-клуб именно здесь, в ЛМДСТ (который, кстати, структурно подчинялся Областному совету профсоюзов). Столяров и Калинин донесли это предложение до рок-общественности, и очень скоро в кабинете Ивановой состоялось историческое совещание между ней с одной стороны, и музыкантами и рок-менеджерами с другой. По преданию, Анна Иванова приняла решение об открытии рок-клуба на базе ЛМДСТ со словами: «Ну ладно, если меня уволят с работы, у меня есть муж – он меня прокормит».

Рубинштейна, 13
Перед зданием ЛМДСТ на ул. Рубинштейна, 13. Ленинград. Начало 1980-х гг. Фото: Валентин Барановский

Интересно, что на первое заседание по вопросам организации рок-клуба Геннадия Зайцева пригласить как-то забыли, и вспомнили об этом только в процессе обсуждения. Вечером того же дня ему позвонил лидер группы «Россияне» Георгий Ордановский и ввёл в курс дела. После этого Геннадий Зайцев тоже включился в организационную работу. Рок-клуб получал статус общественной организации, и у него должен был быть свой Устав и руководящие органы. Оказалось, что Устав не нужно придумывать «с нуля» – уже был проверенный временем Устав клуба братьев Зайцевых, который лишь слегка нужно было подправить. Собственно, и называться клуб стал «Ленинградским Клубом Любителей Музыки» – так же, как и клуб Зайцевых. По сути, получалось, что произошло не основание какого-то нового клуба, а состоялась легализация именно того клуба, который создали братья Зайцевы (и этой легализации они добивались все предыдущие годы). Официального названия «Ленинградский рок-клуб» на тот момент ещё не было – оно появилось только в 1982 году.

Россияне
Группа “Россияне”. Начало 1980-х гг. Справа – Георгий Ордановский. Фото: Валентин Барановский

Изначально в клуб, легализованный при ЛМДСТ, вошли следующие группы: «Россияне», «Зеркало», «Техническая помощь», «Мифы», «Аргонавты», «Аквариум», «Пикник», «День рождения», «Джонатан Ливингстон», «Гулливер», «Апрель», «Патриархальная выставка», «Орнамент», «Дилижанс». Руководить клубом должен был Совет из 7 человек. Считается, что первым Президентом (Председателем Совета) рок-клуба был Геннадий Зайцев. Однако на самом деле, в тот момент официального лидера у рок-клуба не было. Зайцев убедил своих коллег не вводить должность Президента, поскольку человек, занимающий эту должность, в случае чего, мог быть, подвергнут преследованиям со стороны властей. Зайцев при этом руководствовался опытом «подпольных» 1970-х годов. Тем не менее, «неформальным», общепризнанным «народным» лидером рок-клуба на том этапе был всё-таки Геннадий Зайцев.

7 марта 1981 года на сцене ЛМДСТ состоялся концерт, ознаменовавший открытие Рок-клуба. Выступали «Пикник» (кстати, это совсем не тот «Пикник», который известен сегодня – до прихода Эдмунда Шклярского это была, можно сказать, другая группа), «Мифы», «Зеркало» и «Россияне». Попасть на этот концерт можно было только по пригласительным билетам, которые распространялись между членами клуба и по заявкам от разных организаций. Конечно же, в зале присутствовали представители КГБ, профсоюзов, партии и комсомола.

Пикник
Группа “Пикник”. 1980 г. Слева направо: Евгений “Жак” Волощук, Сергей Омельниченко, Михаил Панаев, Николай Михайлов, Пётр Трощенков, Алексей Добычин

Вот как писал тогда об этом дне в журнале «Рокси» Анатолий «Джордж» Гуницкий (соучредитель «Аквариума», ставший одним из самых деятельных сотрудников рок-клуба): «Это был праздник, самый настоящий праздник. Задолго до начала концерта у входа в театр собралось множество людей. Постепенно их становилось всё больше и больше, на тротуаре уже не было свободного места; машины сбрасывали скорость и долго сигналили, чтобы проехать по улице. … Ветераны рок-музыки степенно здоровались друг с другом и пожимали пле­чами. «Что происходит?» – никто не мог толком ответить на этот вопрос до тех пор, пока на сцену Театра Народного творчест­ва не вышел конферансье и не объявил об открытии ленинградского рок-клуба. Пятисотместный зал, вместивший в себя семьсот человек, загрохотал. Овации могли быть и больше, если бы большинство ветеранов не находились в состоянии явной прострации. В самом деле, невероятная вещь! Рок-клуб – да ещё и с официальным статусом, с Уставом, с Советом – немыслимо! Старинная меч­та оказалась явью!»

Зеркало
Группа “Зеркало”. Конец 1970-х – начало 1980-х гг.

А в самом Совете рок-клуба сразу же наметился раскол на «музыкантов» в лице Калинина, Столярова, Александра Тимошенко (группа «Орнамент») и некоторых других, и на «не музыкантов», то есть Геннадия Зайцева и Татьяну Иванову (журналистку, которая на тот момент уже была весьма известным подпольным рок-менеджером). Каждая из этих группировок имела своё видение того, каким должен быть рок-клуб. Если первые хотели видеть в нём аналог Ленконцерта, для регулирования концертной деятельности, то вторые ратовали за духовное объединение музыкантов. Очень ёрнически писал об одном из первых заседаний рок-клуба журнал «Рокси»: «В какие-то веки собрались все двигать наш рок вперёд. И всё идёт, как положено, президиум сидит, председатель президиума в колокольчик звонит. Чувствуется, кончилась халява, всё на серьёзную основу встало. Вона, перед Генкой Зайцевым сколько всяких бумаг лежит. Это вам не хухры-мухры, а документы, например «Устав», чтобы членом клуба может быть только достойный, а не всякий хиппарь с улицы, доку­мент исторический, без сомнения немаловажный экспонат в коллекции Гены. … Работа кипит, предлагают внутри президиума совет выбрать. Народ молчит, непонятно вроде зачем, да почему. Но вскоре стало ясно – Калинин со Столяровым копают яму под Гену Зайцева и Таню Иванову. И лозунг даже выдвинули: «Не музыканты, вон из совета».  Ну, те понятно не даются. Уже чего только не говорили, обзывали друг друга дураками, рассказывали о своём вкладе в рок-движение, вербовали сторонников, снова ругались. Часа два базарили. Утомились, объявили перерыв».

Мифы
Группа “Мифы”. Начало 1980-х гг. Сергей Данилов и Геннадий Барихновский

Но, несмотря на это, рок-клуб работал. Совет прослушивал группы, которые собирались вступить в рок-клуб. Начались пока редкие, но вполне безопасные концерты.

Однако уже в 1982 году у Геннадия Зайцева возникли разногласия с куратором рок-клуба от ЛМДСТ Надеждой Афанасьевой. Это было связано с ситуацией, которая сложилась вокруг группы «Аквариум». В ЛМДСТ пришла бумага из Архангельска, в которой «Аквариум», выступавший там в апреле 1982 года, был назван фашистами, антисоветчиками и т.п. Афанасьева предложила Совету рок-клуба запретить «Аквариуму» вести концертную деятельность в течение года. Зайцев был категорически против такого решения. Когда настало время перевыборов Совета, Надежда Афанасьева убеждала каждого члена рок-клуба не голосовать за Зайцева. При этом сам же Зайцев предложил сократить состав Совета с 7 человек до 5. По результатам голосования Зайцев оказался на 6-м месте и, таким образом, не попал в новый Совет. После этого Геннадий Зайцев покинул рок-клуб – клуб, который был во многом его детищем.

Геннадий Зайцев
Геннадий Зайцев на праздновании 39-летия Ленинградского рок-клуба. Санкт-Петербург. 7 марта 2020 г.

Дальнейшая деятельность Геннадия Зайцева всё равно, так или иначе, была связана с рок-музыкой. Например, он был первым директором питерского состава группы «ДДТ». Ну а рок-клуб продолжил свою жизнь. На некоторое время руководителем рок-клуба стала Татьяна Иванова. Но затем Президентом рок-клуба был избран флейтист группы «Пикник» Николай Михайлов, который формально остаётся на этой должности до сих пор. Ленинградский рок-клуб под руководством Михайлова достиг своего расцвета, и постепенно угас к рубежу 1980-1990-х годов. Но это уже тема для отдельного разговора.

Послушать музыкальные композиции в группе ВКонтакте

Продолжение следует…

Автор текста: Сергей Спиридонов